Научно-популярный журнал, издается с 1926 года

Тоскана, Италия: история и единство

Тоскана, Италия: история и единство
Памятник Франческо Датини, 1896 г., скульптор, Антонио Гарелла, г. Прато, Тоскана

 

Надежда Селунская

Италия славится историческим разнообразием отдельных ее земель и городских центров, отличается так называемым полицентризмом исторического развития. Страна не знала централизации много веков, следствием чего стало и необычайное многообразие форм как социальной жизни, так и художественных школ и даже типов культуры, сосуществовавших на не таком уж большом пространстве полуострова в Средние века, в эпоху блестящего Возрождения. Залогом единства здесь может быть только разнообразие, при этом Тоскана всегда играла особую роль в итальянской истории. Тоскана является одной из самых известных итальянских земель, известных в том числе, и русским путешественникам разных веков.

Как прекрасны островки истории — гряда маленьких прекрасных городов Тосканы в сторону от Флоренции по направлению Прато-Лукка-Пиза! Расстояние от Флоренции до Пизы само по себе невелико, хотя коммуникации до сих пор больше напоминают XIX век, если не времена Средневековья и Возрождения. Видимо, более быстрому движению мешают попадающие в колеса спицы истории. Огромная ценность крошечных городков что-то делает волшебное со временем и пространством и не дает проехать их быстро. А самое достоверное и актуальное описание моей любимой Тосканы я нахожу в письмах русского путешественника, датированных 1843 годом:

«Теперь живу я во Флоренции, проехав Пизу, Лукку, Пистою и Прато, весь этот цветник, весь этот фруктовый сад, который называется дорогой от Ливорно во Флоренцию и пересекается через каждые 15 миль столицею. Иначе я не могу назвать эти города, наполненные дворцами, соборами, памятниками эпохи Возрождения, за которыми следить такое наслаждение. Народонаселение честное, трудящееся, скопидомка и сладко говорящее тосканским мягким, горловым наречием. К 15‑му сентября ожидают съезда ученых итальянских и других во Флоренции. К этому времени готовятся праздники, фейерверки. И герцог, и народ считают эти съезды происшествиями, достойными торжеств». (Анненков Павел Васильевич. Письма из-за границы, 1843).

Эти слова удачно схватывают саму суть региональной итальянской истории. Немаловажен и момент рассказа, в котором говорится о встрече ученых на итальянской земле, что нашел нужным подметить наш соотечественник позапрошлого века. Разумеется, своеобразие Тосканы сохраняется и сейчас, до сих пор любознательный путешественник сможет видеть средневековые и ренессансные памятники в малых городах тосканской земли. Не перестает привлекать Италия и ученых. Именно в Италии, в Тоскане, в небольшом городке Прато, совсем недалеко от Флоренции проходят международные конгрессы историков, специалистов по экономической истории. Это форумы огромного значения, которые открываются с большой помпой, в исторических интерьерах, приветственные речи ученым поступают и от светских властей, и от представителей церковных кругов. Тема конгресса — Средневековье, но не просто время истории вплоть до XVII—XVIII веков, а история экономическая, хозяйственная жизнь людей, рассматриваемая с разных сторон. Главным организатором, двигателем подготовки этого мирового конгресса является институт и архив Датини.

Кто такой сам Датини, имя которого носит важный научный центр? Это — местный уроженец, не ученый, не историк, а важный и достойный свидетель истории. Нас отделяет от Франческо Датини много столетий, но мы можем узнать о его жизни очень многое.

Датини, Франческо ди Марко родился в Прато времени Треченто (это — век после 1300), когда Тоскана и ее города быстро росли и развивались, область процветала. Но к середине столетия разразился кризис, и Италию поразила страшная болезнь. Треченто стало временем так называемой «черной смерти». Франческо, сын держателя таверны в Прато, и вся его семья оказались свидетелями этой трагической страницы истории. В пору рождения Франческо города Тосканы славились торговлей и ремеслом, и города и замки Тосканы были густо населены. Однако эти преимущества обернулись бедой: торговыми путями в Италию завезли чуму, плотность населения в итальянских землях и многообразие контактов жителей в большом городе способствовали быстрому распространению болезни, от которой невозможно было исцелить. От «черной смерти» в некоторых городах Италии умирало больше половины населения, некому и негде стало хоронить мертвых; тогда, по образному выражению одного из хронистов, трупы, как лазанью, складывали несколькими слоями в общий могильник.

Человек, выживший в такое тяжелое время, приобретает, вероятно, особый характер и устремленность. Франческо выжил вместе с одним из братьев, когда погибла вся его большая семья. Спасшийся от чумы по невероятному везению и, может быть, благодаря особой своей природной энергии, которой он, несомненно, был наделен, Франческо ди Марко, сделал всё, чтобы имя его рода осталось в памяти современников и в истории. Франческо стал богатым и успешным, но дело не только в коммерческом успехе. Историку отдельный человек интересен тем, что в его личной биографии, как в капле воды, отражены масштабные исторические процессы, которые можно описать языком цифр и статистики. Но здесь — особый случай: Франческо, не будучи ни писателем, ни историком, увековечил и свою жизнь, и мир, в котором трудился и созидал. Но — обо всем по порядку.

Итак, Франческо Датини — счастливчик, выживший во время «черной смерти». Разумеется, жизнь спасшегося была нелегкой, не говоря уже о том, что пришлось пережить подростку в городе, осажденном болезнью, когда смерть на его глазах являлась в дома родных и знакомых. Когда болезнь отступила, оставляя опустошения, то разорение и сиротство упали на плечи мальчика. Мы знаем, что, потеряв родителей и почти всех членов семьи во время чумы 1348 года, Франческо остался на попечении дальних родственников. Разумеется, юноша отрабатывал долг своим благодетелям, а к родственнице, заменившей ему мать, с почтением относился всю жизнь, спрашивая ее советов даже много лет спустя. Жить не в родном доме, в городе, который вдруг стал неузнаваемым, было трудно. Уже через пару лет после смерти родителей подросток-сирота осуществил смелый план: предпринял поездку в Авиньон (Франция), где находился папский двор, следовательно, это был «центр мира», по крайней мере, христианского мира, а, значит, центр власти и денег, место силы, где возможно сделать карьеру, подняться вверх по социальной лестнице. Там молодой человек после нескольких попыток создать собственное предприятие, после трудного и не очень успешного коммерческого начала не сдавался и преуспел. Франческо, наконец, удачно повел торговые дела и разбогател на торговле.

Датини стал заниматься особым предпринимательством — тканями, производство которых велось в одном месте, окраска в другом, а распространение охватывало несколько земель. Разумеется, одежда была нужна человеку всегда, но в годы жизни Датини появилась особая мода на расцветки и узоры платья, которая менялась чаще, чем прежде. В немалой мере тон этой моде стала задавать итальянская Тоскана. Огромная торговая империя Датини протянулась с Востока на Запад. Скреплялась эта империя огромным количеством распоряжений, донесений, отчетов, подсчетов и деловой переписки. Эти документы, как и сами ткани, кстати, на много веков пережили своих владельцев, тех, благодаря кому они появились на свет. Мы можем прочесть сейчас о торговых успехах Франческо и его домашних делах.

Надо сказать, что, и находясь во Франции многие годы, и занимаясь делами в разных концах света, наш герой сохранил крепкие связи с Тосканой, тем краем, где оставался отчий дом: невеста по имени Маргарита, его друзья, соратники по первым торговым предприятиям происходили из Тосканы. Даже когда Датини повел в основном дальнюю торговлю, он сохранял связь не просто с Италией, но именно со своей малой родиной — Прато, Пистоей, где находились как бы головные офисы предприятия.

Франческо возвратился в Италию окончательно тогда же, когда в Рим вернулись великий понтифик и его двор, когда закончилось Авиньонское пленение пап. Здесь, на родине, помимо выгодных предприятий и постройки дома-дворца, Датини вложил много средств в благотворительность, что также прославило его имя. У самого Франческо не было законных наследников, во всех официальных биографиях написано: умер бездетным, завещав свое состояние на благие дела.  Но не стоит торопиться, представляя себе трогательную историю отчаявшегося бездетного богатого человека. Для меня большим сюрпризом было обнаружить в переписке Датини с настоятельницей (приорой) женского монастыря Прато упоминание о взрослой замужней дочери Франческо, которой благочестивая приора простодушно желала родить мальчика. В согласии с нравами эпохи общество не видело особой беды в том, что у благочестивого щедрого дарителя была связь со служанкой и имелись при законном церковном браке незаконные дети. Внебрачной дочери купца повезло: воспитывалась в доме отца и позже помогала мачехе в делах благотворительности. Более того, детей у Датини было несколько, причем вовсе не из-за грехов молодости, совершенных до брака: дети родились в то время, когда Франческо уже был женат, а женился он уже не юным, сорокалетним, на молодой девушке. Правда, супруги часто жили в разлуке, о чем мы знаем из их переписки, особенно сетовала на разлуку молодая жена, разумно объясняя, что семейные расходы были бы меньше, коли муж согласился бы брать с собой свою половину во время многочисленных и долгих деловых поездок.

Так или иначе, положение Датини в обществе было столь прочным, а нравы Тосканы в эпоху зарождающегося Ренессанса такими, что все эти житейские обстоятельства не вредили репутации и были обычными. При этом, несомненно, как это подтверждают личные письма Датини, купец был весьма религиозен; Франческо, как и круг его друзей — нотариев и стряпчих, деловых людей, волновали вопросы теологии и философии, именно вопросы веры живо обсуждали они в своем кругу. Главное же, что и объектами заботы и благотворительности Франческо становились не только богатые монастыри и церкви, но и сироты, и беспризорные дети, те, кто готов был их опекать. В Тоскане уже в самом начале эпохи Возрождения существовала целая система такой помощи детям, прежде всего, подкидышам.

Шесть столетий отделяют нас от эпохи Франческо Датини, но мы знаем о нем удивительно много. Его огромный личный архив был обнаружен в XIX веке в потайной комнате во время ремонта когда-то принадлежавшего ему дома-дворца. За годы его активной деятельности (1362—1402) были написаны 125 тысяч (!) деловых и 10 тысяч приватных писем, сохранились 574 книги учета, 6 тысяч расписок и доверенностей. Если бы мы взяли для сравнения, скажем, распечатки всех статусов и переписки в социальных сетях или по электронной почте современного человека, наверное, получили бы меньший объем, несмотря на современные средства создания и хранения информации. Это, разумеется, к счастью. Соцсети распространяют как важную и нужную информацию, так и совершенно непроверенную и фантастическую. Любовь и искренний интерес многих людей к Италии играет иногда негативную роль в отборе и распространении информации. Не так давно рунет поразило поистине вирусное распространение поста-статуса, состоящего из бессмысленного набора слов и посвященного Италии: Италия — первая нация по биологическому разнообразию и так далее. Эпидемия сразила более 13 тысяч русскоязычных пользователей. По счастью, некомпетентным мнениям по поводу итальянской истории можно противопоставить многочисленные подлинные исторические свидетельства. Историки работают над этим, и поверьте, им есть с чем работать, когда дело касается истории Италии. Архивные богатства, исторические источники, свидетельства времен Средневековья и Ренессанса в Италии огромны.

Многим обязаны Датини не только его современники, горожане Флоренции и Прато, в дар которым на дела милосердия щедрый купец завещал 100 тысяч флоринов золотом, но и все те, кто может использовать его наследие как исторический источник. Тоскане и семье Датини благодарны те, кто приобщился к истории благодаря архиву купца Треченто и благодаря трудам ученых, сотрудников института, носящего имя Датини, а также благодаря историкам всего мира, которые приезжают сюда изучать историю экономики прошлых веков. В конце концов, и национальное единство подкрепляется не столько праздничными салютами, сколько изучением подлинного исторического наследия. Единство возможно и интересно именно как соединение разнообразных начал. Стремление к подлинным свидетельствам истории объединяет людей.

Селунская Надежда Андреевна, историк, старший научный сотрудник Центра Интеллектуальной истории РАН.

Reset password

Recover your password
A password will be e-mailed to you.
Back to
Закрыть панель