Системы координат и принцип возникновения

Системы координат и принцип возникновения

Проблема описания феномена сознания как некоего обозримого механизма, осуществляющего хорошо знакомую каждому человеку функцию восприятия и понимания окружающего мира, наконец вошла сейчас, в начале XXI века, в классификации практической важности решения научных проблем в число первостепенных. Это связано со многими причинами, но прежде всего с тем фактом, что плоды эволюции сознания, выразившиеся в форме сложившейся на Земле цивилизации, вызвали к жизни столь могучие материальные силы, что ставится под вопрос сохранение самой среды существования человека. Очевидно, что угрозы существованию цивилизации могут быть предотвращены только путем установления некоторого самоконтроля разума над своим собственным развитием. Ясно, что последнее возможно только при решении задачи хотя бы относительно адекватного описания механизма сознания, законов его функционирования и эволюции. Неожиданным, но во многом и закономерным представляется тот факт, что в основе появившейся недавно новой парадигмы, посвященной описанию механизма взаимодействия сознания и реальности, лежит знакомое всем понятие системы координат.

Системы координат. Понятие системы координат ассоциируется у многих прежде всего с известным со школьных лет рисунком из двух взаимно перпендикулярных прямых линий на плоскости, относительно которых любой заданной точке плоскости можно поставить в соответствие два числа – расстояния от точки до этих линий. Различные видоизменения и обобщения понятия системы координат не изменяют сути представления о ней как о системе отнесения положения точки на плоскости, в трехмерном пространстве или некотором множестве. Введение систем координат позволило положить на язык алгоритмов рассуждения, касающиеся геометрических объектов, в том смысле, что оно сводит соответствующие действия над геометрическими телами к работе с числами и в более общем случае с символьными выражениями с использованием языка алгебры и математического анализа. Системы пространственных координат классической физики были затем расширены в теории относительности до четырехмерных систем координат, определяющих траектории движения частиц в едином пространстве-времени. В современной физике для описания движения элементарных частиц введены и используются системы отсчета с большим числом координат. Заметим, что во многих случаях ввести необходимую систему координат на всем рассматриваемом множестве невозможно (например, это нельзя сделать на сфере), и тогда используются совокупности локальных систем координат. Как известно, развитие математики сопровождалось введением новых типов пространств, характеризуемых различными видами расстояний между точками и в более общем случае различными видами их близости, а также специальными понятиями, обобщающими понятие координатных осей. Среди систем координат встречаются принципиально отличные от традиционных (декартовых) координат: таковы, например, иерархические системы координат в пространствах ветвящихся процессов.

Нетрудно видеть, что системы координат в математике не только играют роль привязки объектов в том или ином пространстве, но и выделяют признак, по которому эта привязка производится. В вышеупомянутых пространствах этот признак  ассоциировался с расстоянием. А при использовании систем координат в физике этот признак, как правило, ассоциируется с некоторым качеством сравниваемых объектов. Так, в шкале весов сравниваются массы объектов или силы тяжести, а на цифровой шкале термометра – температуры тел. И если с каждой системой координат связать помимо его математической составляющей тот качественный признак, для измерения которого эта система координат используется, то становится очевидной определенная «материализующая» роль введения системы координат при рассмотрении наблюдаемых объектов, в том смысле, что их введение делает возможной процедуру количественного определения качественного признака. Сказанное наводит на мысль, что во многих случаях без сравнения объектов по некоторому признаку качества относительно явно или неявно заданной шкалы вряд ли можно вообще вести речь о надежной фиксации самого этого признака. Дальнейший анализ систем координат с этой точки зрения приводит в определенной степени к неожиданной гипотезе о том, что, возможно, все выделяемое сознанием человека многообразие объектов и явлений мира неразрывно связано с установкой систем координат. Так, в качестве системы координат можно, например, назвать фиксированную совокупность «независимых» цветов, смешивая которые в определенных количествах, можно получать любые другие цвета, различимые глазом человека. Можно назвать еще целый ряд систем координат, принятие которых явилось вехами в образовании самого каркаса, в рамках которого формировался процесс воспроизводства сознанием картины окружающего мира. Это прежде всего порождение различных видов алфавитов в пространствах разных типов объектов и движений, начиная от генного и физиологического уровней до разговорного языка, письменности и компьютерной реализации. Это также системы координат, породившие представления о времени и истории цивилизаций, координаты искусства, науки и философии. Совершенствование техники изобразительного искусства, «оцифровка» и создание языка гармонии и нотной записи в музыке, открытие физических законов, открытие спектра и периодичности свойств химических элементов – лишь некоторые из множества примеров порождающей роли выдвижения систем координат в расширении мира объектов, фактически снабдивших человека новым зрением, которым он осветил различные сферы окружающей его реальности, сделав их доступными сознанию. Таким образом, возникает мысль о том, что и сам феномен наблюдаемого мира для человека является результатом развертывания его сознания через выдвижение систем координат.

Парадигма возникновения. В силу присущего человеку характера представлений об окружающем мире, независимое существование наблюдаемого мира объектов от сознания кажется настолько очевидным, что почти всегда, когда речь идет о сознании, возникает мысль о возможном наличии неизвестных «субстанций», благодаря которым оно обладает удивительным свойством видения «живой» реальности и способностью к пониманию устройства вещей. И хотя благодаря развитию науки мы уже привыкли к тому, что за любым сложным явлением вместо «неизвестных субстанций» всегда имеет смысл искать доступный пониманию человека механизм, в изучении  таких свойств сознания, как умение видеть, понимать и осознавать, пока не найдены сами философские основания, из которых  следовала бы логика, достаточная для формирования такого механизма. Авторы данной статьи, опираясь на упомянутое выше представление о развертывании сознания через выдвижение систем координат, для описания механизма формирования сознания и его взаимодействия с реальностью выдвинули парадигму, назвав ее «Парадигмой Возникновения». Авторы исходят из того, что структуры, порождающие феномен сознания, хотя и зависят от «материального»   устройства человека (представление о котором непрерывно уточняется с развитием науки), определяются главным образом «логикой» процесса формирования наблюдаемого мира объектов. Здесь важно обратить внимание на то, что очевидность восприятия объектов как существующего вне и независимо от наблюдения его человеком, является «встроенным» элементом механизма восприятия, и поэтому человек не видит различия между наблюдаемым миром объектов и окружающей реальностью. Это обстоятельство, играя решающую роль в деле приспособления человека к окружающему миру, в том числе в порождении самого явления сознания, в то же время не позволяет ему увидеть механизм своего участия в «воспроизводстве» объектов наблюдаемого мира. Идея парадигмы направлена на преодоление противоречия между очевидностью данности объектов мира как существующих независимо от человека и очевидностью факта осознания этой данности как результата ее наблюдения.

Приведем некоторые положения парадигмы, которые могут составить основу для создания модели, описывающей характер взаимодействия сознания и реальности. Конечно, сложность реальной модели взаимодействия, если бы мы захотели ее реализовать на практике, огромна, поскольку сознание само по себе (как феномен) на самом деле базируется на переплетении сложнейших связей индивида с окружающей средой. Подобные связи мы обычно не относим к самому сознанию, но без них оно не могло бы возникнуть и существовать. Мы имеем в виду все связи индивида со средой, начиная от молекулярного, физиологического и других уровней, предшествующих человеку разумному. То есть говоря о модели, описывающей взаимодействие сознания и реальности, нельзя не учитывать этот «материальный базис» сознания. Тем не менее, для понимания сути модели, предлагаемой Парадигмой Возникновения, упомянутая сложность устройства базиса сознания, его первичных слоев не существенны.

Предполагается (постулируется), что существует исходная реальность, лежащая за пределами наблюдаемого мира объектов. Отметим, что когда мы говорим о реальности, мы всегда имеем в виду ее независящее от наблюдения наличие, ее присутствие как источника всего, с чем человек имеет дело в своей жизни. То с чем человек имеет дело как с объективно существующим, является на самом деле не реальностью, а наблюдаемым миром, форма существования которого обусловлена характером встроенности человека в реальность, его взаимодействием с реальностью, определяемым как сознание. Человек (или в более общем случае, наблюдатель) как часть самой реальности осуществляет функцию наблюдения и несет наблюдаемый мир объектов в самом себе, определяя таким образом механизм самой функции и образ наблюдаемого мира. В соответствии с положениями парадигмы имеется неограниченное множество различного вида наблюдателей, образующих сложную систему. В частности, наблюдателями являются не только все живые объекты, но и совокупности, обладающие признаками живого объекта; таковыми являются различные типы объединений людей в социуме и цивилизация в целом. Наблюдатели рождаются, живут и умирают, образуя взаимодействующую, взаимосвязанную, взаимозависимую, непрерывно изменяющуюся сеть наблюдателей. Совокупность связей наблюдателей с объектами и между собой характеризуется наличием многих уровней их организации, пересечениями и взаимовложенностями. Процесс наблюдения, постулируемый парадигмой Возникновения, есть не что иное как формирование у наблюдателя представления о мире как о совокупности возникающих, существующих и исчезающих независимо от наблюдения объектов.

Совокупность всех уже зафиксированных им объектов наблюдаемого мира наблюдатель  рассматривает как саму реальность, с которой он соотносит все новые возникающие объекты. Возможность для конкретного наблюдателя  создавать картины мира, конечно, обусловлена «разрешающей способностью сознания». Пути формирования такой способности – одна из трудных проблем науки.

В Парадигме Возникновения сформулирован целый ряд гипотез философского характера, проясняющих механизм возникновения феномена сознания. Решающую роль для появления этого механизма сыграло формирование в сознании пространства «идеальных» объектов, выступающего как главная связующая и формообразующая сила в мире наблюдателя. Характер идеальных объектов таков, что он позволяет обращать любые виды контакта наблюдателя со средой в понятный и простой механизм проживания в открытом для него мире объектов, «конструировать» новые объекты с неограниченной скоростью и в любых комбинациях. А для того чтобы сознание успевало следовать за непрерывным изменением реальности, в конструкции наблюдателя  образовался эффективный механизм, который преодолевает барьер «размерности» многообразия событий. Это зафиксировано следующим постулатом Парадигмы: процесс возникновения объектов осуществляется локально при фиксации системы координат наблюдателя. Именно наблюдаемые в фиксированной системе координат объекты воспринимаются сознанием как существующие.

О постулате реальности. Так как в Парадигме Возникновения существование реальности постулируется, естественно поставить вопрос о правомерности такого постулирования. Ответ на этот вопрос требует представления образца объекта в мире каждого наблюдателя, который отождествлялся бы  с реальностью. Очевидно, что в качестве такого образца любой наблюдатель может взять совокупность всех объектов, наблюдаемых всеми возможными наблюдателями в порождаемых ими системах координат.  Под объектами здесь понимаются не только материальные и идеальные объекты как таковые, но также и любые события, в том числе любые «воображаемые». Таким образом, постулируемая парадигмой реальность обладает неограниченной возможностью порождения наблюдателей и включения в себя наблюдаемых ими миров. В свете сказанного становится очевидной неизбежность присутствия в мире наблюдателя неизвестных объектов – возможных объектов из миров других наблюдателей, в том числе не взаимодействующих с данным наблюдателем. Речь идет об объектах в мире наблюдателя, которые характеризуются только тем, что они, возможно, существуют. Очевидно, что само понятие «возникновения» связано именно с существованием этого типа объектов: когда мы говорим, что некоторый объект возник, мы понимаем это так, что он не «пришел» из некоторого другого «пространства», а именно возник в наблюдаемом мире.

О механизме формирования наблюдателя. Из обыденного опыта представляется очевидным, что наше сознание неразрывно связано с формированием устойчивых совокупностей «мыслей». Поэтому при исследовании феномена сознания первостепенный интерес представляет решение вопроса об устройстве механизма формирования и удержания устойчивых совокупностей мыслей в конкретном индивиде. В числе исходных аксиом, необходимых для организации «воспроизводства мыслей», прежде всего нужно назвать аксиому о существовании механизма, который фиксирует принадлежность мыслей одному центру и фиксирует контакты индивида со средой как взаимодействия с отдельными существующими независимо от этого центра объектами. Конечно, сама идея  существования механизма, фиксирующего принадлежность мыслей одному центру, не может не вызвать представления о чрезвычайной сложности и необычности устройства такого механизма. Однако, по крайней мере логически, кажется вполне вероятным, что можно понять механизм осознания индивидом себя как неизменной единицы (Я), если принять во внимание, что представление о любом объекте у человека возникает как следствие некоторых меняющихся установок, хотя это возникновение и мотивируется реальностью. Поэтому важно знать, какого типа «элементарные» установки порождают осознание человеком самого себя, своего существования, и каким образом фиксируется непрерывность (единство во времени) этих установок. Нетрудно видеть, что процессы, похожие на формирование такого рода установок сознания наблюдателей, происходят везде, и наиболее вероятно, что именно они лежат в основе возникновения и существования мира объектов и самих наблюдателей. Чтобы сделать наши рассуждения наглядными, возьмем в качестве примера наблюдателя такой объект социума, как учебное заведение. Хотя это для нас и непривычно, учебное заведение, как и любое учреждение, в соответствии с парадигмой возникновения можно рассматривать как «осознающий» себя объект, выступающий в качестве такового для других объектов, вступающих на вполне определенном уровне с ним в контакт как с «живым» индивидом. Как наблюдатель, анализирующий обстановку и вступающий в контакт с другими наблюдателями, это учебное заведение осознает себя вполне однозначно фиксированной единицей (субъектом, имеющим свое Я) в лице действующих от его имени лиц. И здесь важно заметить, что замена лиц, действующих от имени этого учебного заведения на других, не влияет на осуществление этими новыми лицами ведущей функции учебного заведения как фиксированной единицы (наблюдателя). Очевидно, что здесь в основе явления фиксации Я наблюдателя в лице представителей лежит простая и понятная вещь – это «полномочия», которыми они наделяются. Этот простой пример показателен во многих отношениях, поскольку выявляет некоторые общие структуры формирования наблюдателя. Так, ясно, что указанные полномочия просто-напросто даются средой, скажем, это может быть государство (если речь идет о государственном учебном заведении), либо некоторая частная структура, если это частное учебное заведение. Более того, собственник, скажем, вообще может не интересоваться работой самого учреждения, следя только за «прибылью», и это показывает еще раз, что «смысл» объекта (учреждения) определяется только установкой. Конечно, рожденный с помощью установки наблюдатель, может существовать, только если он «выживает» в среде. В рассматриваемом случае понятно, каким образом учебное заведение должен «вести себя» в среде, для того чтобы существовать. Но здесь для нас является важным понимание того, как оно возникло и в чём заключается это возникновение, а именно, это установка полномочий.

Влияет ли тот, кто наделил объект полномочиями, на отношения созданного объекта с другими объектами, то есть влияет ли он на исполнение задач работы «сознания» созданного объекта? Вообще говоря, нет, поскольку «самосознание» объекта определяется только его полномочиями и складывающимися в процессе взаимодействия со средой обстоятельствами.

Можно было бы подумать, что придание полномочий в рассматриваемом случае обусловлено примитивным (по сравнению с человеком) устройством данного наблюдателя. Однако, если рассмотреть вопрос о формировании самосознания человека, то можно увидеть, что часть своих «полномочий» индивид получает вместе со своим телом. То есть функции, которые выполняют различные органы индивида, вытекают из их устройства, определенного генетической программой. И они в основном выполняются автоматически и частично при участии дополнительных управляющих сигналов, поступающих от «целого», характеризующего «сознание». Далее, следующий уровень «полномочий» индивид «получает» в процессе созревания до рождения. Можно сказать, что на этих первых этапах закладываются основы для возникновения сознания, но это ещё не само сознание. Наконец, первые начальные годы жизни индивид «получает» полномочия от окружающей его ячейки социума (родители, окружение) быть тем, кем он должен быть в последующей жизни. В это время в нём формируется жесткая система «подключения» к социуму, которая в последующем, как и все предыдущие (генетические) структуры становится недоступной ему для возможного вмешательства. Именно в этот период создается основное ядро сознания. Причем важно, что в дальнейшем доступ к изменению этого ядра индивид в последующем не имеет. Таким образом, можно предположить, что «таинственность» происхождения цельного Я индивида на самом деле происходит от предусмотренных «природой» остановок в формировании первичного ядра, организующего структуру «целого» данного вида, и «запрете» на его изменение.

Несомненно, что индивид приобретает заряд (потенциал, цель), снабжающий его волей и указывающий ему направление развития, от «контакта» с социумом. Контакт происходит по столь широкой границе, что проследить все его детали в принципе невозможно, но можно указать на некоторые важные характеристики такого контакта в фиксированных системах координат, где могут быть указаны «причины» ряда аспектов развития индивида. Так, можно определенно сказать, что «устройство» индивида обусловлено не способами простого контакта с другими индивидами (они могут быть описаны довольно детально), а необходимостью быстрого усвоения опыта «общения» с реальностью, приобретенного старшими по возрасту индивидами. И это должен быть текущий (актуальный) опыт, он не может быть законсервирован, он всегда новый. С другой стороны, этот опыт многослоен, и эти слои переплетены, а области контакта с ним индивида не охватывают значительной его части и   во многом случайны. На самом деле этот опыт проистекает из процесса «проживания» индивида в сменяющих друг друга системах координат. На долю индивида, как мы уже говорили, приходится миссия выбора направляющей, смены этих систем координат при весьма ограниченных возможностях их анализа. Важным моментом в передаче рассматриваемого нами опыта является то, что это не выкристаллизованный опыт, который передается в укомплектованном для усвоения виде, а опыт подражания начинающего жить индивида примеру уже живущих многих людей, усваиваемый к тому же методом проб и ошибок. Мы уже говорили о той роли, которую сыграло возникновение языка в процессе освоения реальности человеком и в возникновении самого сознания индивида. С точки зрения рассматриваемой нами парадигмы возникновение языка может служить примером выдвижения новых координат в среду и «материализации» новых порожденных сознанием человека объектов. Ведь если информация в себе и для себя усваивается на уровне одного индивида, то информация для других несет на себе печать согласованности понятий, определений, действий и, следовательно, является более «жесткой», с точки зрения отбора и трудности (даже невозможности) её изменения. Таким образом, язык не просто связывает индивидов между собой, а формирует сами понятия (единые для всех), то есть является частью механизма создания общего для всех индивидов мира объектов.

Еще один пример выдвижения координат человека в среду, расширившего сознание человека, связан с календарем. Нетрудно представить себе, насколько бы изменился мир человека в отсутствие календаря. Очевидно, что все то, что мы называем «прошлым» сжалось бы в одно фиксированное пространство, в котором отсутствовала бы одна из главных проекций наблюдаемого мира – время цивилизации. Конечно, часть структур, связанных со временем, могла бы сохраниться в «новом» мире за счет упорядочения событий по другим признакам, однако, ясно, что многообразие объектов (явлений) и связей вряд ли было бы доступно в этой ситуации полному анализу. Отсутствие календаря привело бы к множеству утраченных объектов мира человека и качественно изменило саму природу человека. Отметим, что мы ведем здесь речь только об отсутствии календаря, а не об отсутствии понятия времени вообще. Нетрудно представить, что отсутствие последнего просто. Мы приводим здесь этот пример для того, чтобы обратить  внимание, что календарь «введен и утвержден» самими людьми и, таким образом, он не является чем-то таинственным. Этот пример подтверждает тот факт, что, по крайней мере, многие элементы, составляющие основы разума человека, возникли и утвердились как принятые к обязательному исполнению «решения» индивида. Казалось бы, что цивилизация могла бы отказаться от календаря, однако, мы уверены, что она никогда не сделает этого. Здесь мы сталкиваемся с принципом формирования сознания человека, который заключается в том, что «принять решение» человеку о существовании объекта нетрудно (хотя это, конечно, сложный процесс), однако, отменить это признание произвольно (по желанию) он не может, так как обратное действие блокируется уже «материализовавшейся» массой свидетельств реальности признанного существования.

Древнейшим способом (механизмом) утверждения «материальности» существования является искусство, если понимать его расширенно, включая мифологию, верования и тому подобное. Фактически с первых шагов цивилизации создание образа объективного мира, существующего вокруг индивида, является результатом «работы» и эволюции искусства (понимаемого в широком смысле). Ясно прослеживается, как эта функция искусства эволюционировала от первичных  отметок (установок) индивидов до выделения себя в качестве зеркала, адекватно отражающего «объективно существующий Мир». Еще совсем недавно (по цивилизационным меркам) многие объекты мира серьезно рассматривались как реально существующие божественные  сущности.

Процессы образования объектов культуры, религии, науки дают яркие примеры реального существования процесса материализации. На этих примерах можно отчетливо увидеть основные (и всегда повторяющиеся) составляющие этого процесса. А именно, объекты в результате «утверждения их существования» в сознании наблюдателя становятся исходным «материалом» для возникновения объектов других уровней сложности. В этом заключается еще один из постулатов парадигмы возникновения – принцип материализации.

Рождение и исчезновение – способы фиксации присутствия. Поскольку всё существующее для индивида расположено в одном пространстве (на одном «полотне») и оно отождествляется с некоторым существующим независимо от человека миром объектов, то факт, что наблюдатель «видит» объекты, является результатом фиксации им изменений на указанном полотне. Но эта фиксация изменений, очевидно, может осуществляться только на «фоне» постоянства самого наблюдателя. Базовый уровень постоянства наблюдателя — это постоянство его ощущений. На этом уровне сознание — это постоянство ощущений и их различения как сигналов, фиксируемых наблюдателем. Сознание более высокого уровня (у человека — самосознание) осознает самого себя как сознающего субъекта, то есть оно должно фиксировать наличие самого себя. На каком не зависящем от него фоне может осуществляться такая фиксация?  Таким фоном может быть только созданный наблюдателем Мир, потому что только с ним сознание имеет дело. Иначе говоря, разум может замечать самого себя только на фоне им же самим созданного образа существующего независимо от него Мира. И сознание может заметить, что оно само есть (существует), только фиксируя исчезновение или появление наблюдаемого Мира, которые, таким образом, «трактуются» им (сознанием) как исчезновение или рождение самого себя, то есть как смерть или рождение Я. Можно сказать, что сознание – это способ, с помощью которого наблюдатель фиксирует своё присутствие в реальности через создаваемый им наблюдаемый Мир. Таким образом, и здесь мы имеем дело с системой координат в рамках которой фиксируется наличие объекта «сознание».

Прошлое и будущее: особенности представлений. Интересно проследить, как в рамках описанных выше установок, определяющих сознание наблюдателя, формируются некоторые важные особенности координат «прошлого» и «будущего». Если мы будем рассматривать объекты «прошлого», то среди них можно видеть в том числе и самого наблюдателя вместе со своими системами координат, зафиксированного в различные моменты времени наблюдения. С учетом того, что объекты прошлого (как и вообще все объекты) рассматриваются в наблюдаемом мире (то есть в мире настоящего) и что наблюдатель рассматривает себя неизменным как сознающую себя единицу (Я), в картине мира наблюдателя системы координат, определяющих Я, для разных моментов времени фактически отождествляются. А именно, наблюдатель рассматривает себя вместе со своим восприятием объектов мира, независящим от различных моментов времени. В этих условиях любой системе координат наблюдателя в фиксированный момент времени в прошлом на самом деле приписываются свойства системы координат настоящего. Появляется возможность (на самом деле не существовавшая в действительной системе координат прошлого) в этой же системе координат прошлого рассматривать как «существующие» такие объекты, которые на самом деле возникли «позже», в другой системе координат, и проводить причинно-следственный анализ взаимодействия объектов, которые в действительности возникли в разных системах координат. В силу упомянутого выше отождествления наблюдателя (вместе со своими системами координат) в различные моменты времени с одним и тем же наблюдателем, совокупность объектов, формирующих восприятие наблюдателя в настоящий момент, порождает «иллюзию» возможности осуществления такого же анализа и в настоящий момент времени, закрепленную в сознании как возможность «предсказания». Другими словами,  представление о возможности предсказания опирается на свойство механизма сознания полагать совокупность систем координат, идентифицирующих наблюдателя, независящей от моментов времени. В действительности наблюдаемый мир порождается наблюдателем в каждый момент заново, хотя и содержит в качестве своих объектов такие, которые  имеют статус объектов прошлого. Поэтому любое предсказание есть всего лишь гипотеза, вытекающая из вышеприведенной схемы механизма предсказания. Отсюда видно также, что степень совпадения предсказания тем ниже, чем дальше по времени отстоят друг от друга отождествляемые системы координат, характеризующие наблюдателя. Важно подчеркнуть, что оценка степени достоверности также производится в системе координат настоящего, поэтому оценки, сделанные наблюдателем в прошедшие моменты времени, в принципе не могут быть воспроизведены в том «объеме», в каком они существовали в свое время. В частности, отсюда очевидно, что главное препятствие к возвращению в прошлое заключается в характере устройства сознания человека. Сознание всегда отталкивается от «настоящего», включающего в себя и прошлое как свою часть. Заметить переход в предшествующую реальность  индивид может лишь, если он будет помнить реальность настоящего, а это значит, что он должен находиться в одной и той же реальности. Но очевидно, что это не реальный возврат, а лишь «игра». Такая игра уже осуществляется жизнью индивида, ведь ощущение жизни неотделимо от представления о прошедших мгновеньях, днях, годах, от «истории» жизни.

О диспропорции в развитии технологий и сознания. В ХХ, в начале ХХI века в общество пришло осознание того, что развитие науки и техники не только не привело к установлению всеобщего благополучия, но и породило угрозы самому существованию цивилизации. Можно рассматривать разные аспекты проблемы такого несоответствия ожиданий и результата, но совершенно очевидным является следующий факт: развивая, казалось бы, осознанно науку и все более новые технологии, человек обнаруживает неспособность, не говоря уже о контроле, даже влиять на этот процесс.

Возникновение этой чрезвычайно  сложной проблемы находит неожиданное и в определенном смысле простое объяснение с позиций рассматриваемой нами здесь парадигмы. В самом деле, свойственное человеку (и даже лежащее в основе его «конструкции»  доверие к своей интуиции, имеющей очевидный зазор ошибок, заметный и даже иногда трагический для отдельного человека, но не несущий угроз социуму в целом, не могло не перейти к наблюдателям всё более высокого уровня, начиная от различного типа групповых образований в социуме до самой цивилизации. Поскольку процесс образования и роста живых структур социума всегда являлся неконтролируемым процессом, постепенно возможность влияния конкретного индивида на характер изменений уменьшилась. Во многом это обусловлено и тем, что сам индивид «ощущает» эти структуры как часть своего пространства жизни и пропитывается их интересами. Более того, характер устройства «сознания» наблюдателей более высокого, чем индивид, уровня (в том числе социума в целом), обусловленный передачей функции управления «целым» отдельным индивидам или более крупным отдельным подобъектам социума, несёт на себе печать «интересов» этих индивидов или образований, усиленных их особым положением. Очевидно, что сознание любого объекта социума не может стопроцентно определяться «интересами» отдельных входящих в него индивидов и подобъектов, поскольку выступая как самостоятельный объект в необозримой совокупности различного рода аналогичных «живых» объектов, он вынужден действовать (как целое) в складывающихся обстоятельствах, подчиняясь законам сохранения своего собственного существования и развития. Кроме того, если обратиться к вопросу о том, на основании чего человек производит оценки и принимает решения, то нельзя не заметить следующее. Как бы мы не представляли себя вооруженными знаниями и способностями к действию,  анализ и понимание в конечном счете обусловлены «очевидностью» для индивида определенных «вещей», в сколь бы сложные формы эта очевидность ни облачалась. Но очевидность сама по себе как объект имеет сложную структуру и обладает всеми другими характеристиками, присущими объектам. В частности, она может изменять свой характер и использоваться в различных «целях», поскольку она является объектом, возникающим в системе координат конкретного наблюдателя. Неправильная установка на абсолютную достоверность приобретенного знания (пренебрегающая допусками, ошибками и не опасная когда-то, в других условиях), утвержденная и усиленная распространением ее на цивилизацию в целом, привела к тому, что человек стал представлять себя не как существо разумное в смысле способности к действию, а как существо способное к принятию правильных решений, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Братья Александр Дмитриевич и Иван Дмитриевич Егоровы авторы книг:
«Феномен возникновения. От реальности к смыслу».
«М.: Издательство физико-математической литературы. 2009.
«Пространство возникновения: Введение в геометрию сознания».
М.: Издательство физико-математической литературы. 2012.